СВПД Совместный всеобъемлющий план действий

СВПД — Совместный всеобъемлющий план действий — международное соглашение по иранской ядерной программе, подписанное в июле 2015 года Ираном и группой государств — постоянными членами Совета Безопасности ООН (США, Россией, Китаем, Великобританией, Францией) вместе с Германией. Соглашение стало результатом многолетних переговоров и рассматривалось как одно из наиболее значимых дипломатических достижений в сфере нераспространения ядерного оружия последних десятилетий.

Содержание соглашения

СВПД предусматривал существенное ограничение иранской ядерной программы в обмен на поэтапное снятие международных санкций. Иран согласился сократить число действующих центрифуг, ограничить уровень обогащения урана значительно ниже оружейного порога, вывезти из страны большую часть накопленных запасов обогащённого урана и допустить расширенный режим инспекций Международного агентства по атомной энергии. Эти меры должны были гарантировать невозможность создания Ираном ядерного оружия на протяжении длительного периода.

Выход США и крах соглашения

В мае 2018 года администрация Дональда Трампа в одностороннем порядке вышла из СВПД, охарактеризовав его как «худшую сделку» и восстановив режим максимального санкционного давления на Иран. Остальные участники соглашения — Европейский союз, Россия и Китай — первоначально пытались сохранить сделку без американского участия, однако санкционное давление и экономическая изоляция вынудили Иран постепенно отходить от согласованных ограничений, наращивая обогащение урана значительно выше установленных пределов.

Попытки восстановления

Администрация Байдена в 2021–2022 годах предприняла попытки восстановить соглашение через непрямые переговоры в Вене, однако стороны не смогли преодолеть разногласия по ключевым вопросам — гарантиям от повторного одностороннего выхода США и объёму санкционных послаблений. Возвращение Трампа к власти в 2025 году открыло новый, неожиданный раунд прямых переговоров с Тегераном, однако принципиальное урегулирование ядерного вопроса остаётся неопределённым — глубина взаимного недоверия и радикально возросший уровень иранского обогащения урана существенно усложняют перспективы полноценного восстановления первоначальных договорённостей.